Правые определились. "Не стоит кричать: 'Путин - ура!' или 'Путин - долой!'". Какой должна быть партия-2007

17.09.2004
Opec.Ru, использованы материалы "Ведомостей", "Коммерсанта"

СПС определился. Вслед за КПРФ и “Яблоком” правые осудили планы Путина

Отмена всенародных губернаторских выборов антиконституционна. Как пишут Ведомости, вслед за другими политическими силами к такому выводу пришел Союз правых сил (СПС).

6 сентября, через три дня после завершения бесланской трагедии, федеральный политсовет СПС потребовал от президента отправить в отставку высших руководителей силовых структур. Владимир Путин, по мнению правых, должен был объяснить народу, “какие основания у него считать, что избранный им путь [борьбы с терроризмом] приведет к успеху”.

Но Путин не стал ничего объяснять и никого отстранять и в понедельник предложил отменить всенародные выборы руководителей регионов. Губернаторы по замыслу Кремля будут утверждаться законодательными собраниями регионов по представлению президента. Предложенная Путиным реформа была публично поддержана большинством региональных президентов и губернаторов, а также “Единой Россией”, “Родиной” и ЛДПР.

Оппозиция отнеслась к ней куда более скептически. Председатель партии “Яблоко” Григорий Явлинский назвал ее “шагом по пересмотру Конституции”, который “приведет к еще большему отрыву власти от граждан”, а председатель ЦК КПРФ Геннадий Зюганов заявил, что Путин, “видимо, после трагедии Беслана решил еще больше укрепить свое самовластие”.

Правым на осмысление ситуации потребовалось три дня. В итоге их федеральный политсовет вчера пришел к выводу, что изменение механизма губернаторских выборов антиконституционно. Оно “не только приведет к усилению коррупции”, но и, возложив всю ответственность за положение в регионах на одного человека, повлечет за собой дальнейшее углубление пропасти, разделяющей народ и власть, сказано в заявлении политсовета.

Семеро членов политсовета, в том числе бывший лидер партии Борис Немцов, настаивали на принятии более жесткого заявления, в котором бы говорилось, что последние путинские инициативы — путь к развалу страны, а несколько человек предлагали и вовсе одобрить путинскую инициативу. Но в итоге с несколькими поправками, в том числе предложенным Борисом Надеждиным уточнением, что изменение системы выборов губернаторов противоречит духу Конституции и нарушает основы федерализма, члены политсовета приняли заранее подготовленный текст, назвав его “Свертывание демократии — уступка террористам”.

“Дана абсолютно отрицательная оценка предложению президента”, — считает Немцов. По его мнению, заявление получилось “максимально радикальным, на какое способен СПС”. А член президиума политсовета Иван Стариков убежден, что вчерашним заявлением СПС показал, что “лимит наивности по отношению к Путину исчерпан”. “Было бы легко кричать: "Долой Путина!" Но это слишком примитивно”, — полагает Стариков.

Не питая симпатий к Путину, СПС, “хотя бы из уважения к точке зрения большинства, не хочет занимать позицию моськи, которая лает на слона”, — полагает глава аналитической группы “Меркатор” Дмитрий Орешкин. Правые, по его мнению, по-прежнему пытаются найти пространство для конструктивного взаимодействия с президентом.

"Не стоит кричать: 'Путин – ура!' или 'Путин – долой!'". Союз правых сил сдержанно ответил президенту

Как пишет Коммерсант, федеральный политсовет Союза правых сил принял вчера заявление "Свертывание свободы и демократии – уступки террористам". Таким образом правые попытались выразить протест против планов введения пропорциональной системы выборов в Госдуму и назначения глав регионов законодательными собраниями по представлению президента. Однако протест получился не слишком убедительным.

В отсутствие лидера руководство партией осуществляется на паритетных началах секретарями политсовета СПС Леонидом Гозманом, Борисом Надеждиным, Иваном Стариковым и Борисом Минцем. Однако вчера при обсуждении текста заявления наибольшую активность проявил господин Гозман, взявший на себя роль основного докладчика. Речь господина Гозмана, относящегося к партийному крылу "конструктивных оппозиционеров", жесткой критикой в адрес главы государства не отличалась. "Назначение губернаторов снижает роль региональной элиты,– докладывал Леонид Гозман,– выводит за скобки уважение к главе региона. В нем изначально заложен конфликт назначенного губернатора с выбранным мэром. Очевидно, что эта мера – отступление от демократии. Однако в этой ситуации не стоит кричать: 'Путин – ура!' или 'Путин – долой!' Наше дело – работать".

Далее господин Гозман заявил, что СПС мог бы поддержать введение пропорциональной системы выборов, но лишь в условиях выборности Совета федерации, равного доступа кандидатов к СМИ и отсутствия на выборах административного ресурса. Докладчик также счел своим долгом прокомментировать назначение Дмитрия Козака полпредом президента в Южном федеральном округе. Секретарь политсовета напомнил, что еще три года назад СПС подготовил проект по урегулированию ситуации в Чечне, в котором, в частности, предлагалось назначить в республику генерал-губернатора, дав ему широкие полномочия. Назначение Дмитрия Козака, по мнению господина Гозмана, как раз отвечает предложениям СПС трехлетней давности.

Доклад Леонида Гозмана очень понравился руководителю петербургского отделения СПС Григорию Томчину, который поспешил заявить: "Мы, как заметил Леонид Гозман, можем сейчас хоть обкричаться, однако это не выход. Необходимо выработать стратегию развития страны на ближайшее время". Еще дальше пошел член политсовета Николай Травкин, который заявил, что вообще не видит опасности в назначении губернаторов: "Надо вернуться к схеме раннего Ельцина. До 1995 года губернаторы им назначались, и ничего страшного не произошло". Однопартийца поддержал депутат-одномандатник Алексей Лихачев, входящий во фракцию "Единая Россия", который пообещал соратникам, что при рассмотрении данного законопроекта в Госдуме будет голосовать за.

Позитивное течение дискуссии нарушил бывший лидер партии Борис Немцов, выступивший с критикой в адрес президента и попытавшийся уговорить партийцев сделать заявление более жестким. "Надо дать недвусмысленную оценку действиям Владимира Путина,– заявил господин Немцов.– Речь идет о пересмотре государственного строя, о свержении конституционного строя. Тихой сапой, прикрывшись борьбой с международным терроризмом, президент узурпирует власть. У нас уже есть примеры таких шагов: Путин назначает руководителей всех спецслужб – от Патрушева до руководителей спецподразделений в регионах. И как же они работали в Беслане? Бездарно!" Своего бывшего лидера поддержал член политсовета Михаил Малахов, назвавший текст заявления бесполезным и предложивший инициировать проведение референдума "в защиту Конституции от президента".

Однако господа Немцов и Малахов в итоге остались в меньшинстве, и текст заявления был принят в первоначальном, довольно сдержанном варианте. В частности, в нем отмечаются правильные шаги главы государства в условиях "антизападной истерии" и "призывов к дискриминации по национальному признаку", указывается на невозможность для Владимира Путина "найти ответы на вопросы за несколько дней". А чтобы выйти из сложившейся кризисной ситуации, правые считают необходимым "восстановить нормальные взаимоотношения государства и бизнеса", "бороться с национализмом и ксенофобией" и вести "публичный диалог власти с оппозицией". Правда, из заявления не очень понятно, к какой из сторон диалога – к власти либо к оппозиции – причисляют себя руководители СПС.

Общество: Что случилось с Россией?

Под таким заголовком Ведомости публикуют статью Григория Явлинского — председателя Российской демократической партии “Яблоко”.

Нельзя дальше жить так, как будто ничего не случилось, только потому, что беда не коснулась лично тебя или твоих близких. Уже коснулась.

Террористические атаки, в результате которых гибнут безвинные и безоружные люди, дети, женщины, не имеют в принципе никаких оправданий — ни политических, ни моральных, ни религиозных, ни идеологических. А у операции по освобождению заложников всегда одна главная и единственная цель — спасение жизни людей.

Все остальные цели — наказание террористов, государственный престиж, личные амбиции и т. п. — вторичны. Штурмы возможны лишь как самое последнее средство. Федеральный центр в Беслане не сформулировал приоритет: главная и единственная цель — спасение заложников и в первую очередь — детей.

Не был создан штаб с реальными и безусловными полномочиями. Не был назначен такой начальник штаба, который имел бы право и был бы обязан принимать любые решения с целью спасения жизни заложников, включая и рекомендации о том, нужно ли и в какой форме участвовать в этом процессе лично президенту.

Не было и политического решения Кремля о переговорных контактах. Поэтому не было переговоров с террористами Аслаханова, Дзасохова, Зязикова. Состоялся только контакт Руслана Аушева, который завершился относительно удачно, но не имел продолжения.

Президент не нашел никого в ФСБ, МВД, МО или Совете безопасности, кто мог бы руководить операцией. Он был вынужден принимать не только политические, но и многие тактические и технические решения по операции^ и сам, по существу, оказался в постоянном диалоге с террористами. И именно в этом характерная черта всей нашей системы управления.

С оперативной (военной) точки зрения ситуация была сверхсложной: более тысячи заложников, большая часть которых дети. Перевозбужденное местное население, которое в тех условиях невозможно было изолировать. На месте событий появились и вооруженные представители каких-то группировок. Хаос и тяжелый длительный бой закончились катастрофой. В условиях политической нерешительности и проволочек трудно представить, какой спецназ мог бы с этим справиться. Что стало непосредственной причиной срыва: случайный взрыв в школе, неуправляемые действия ополченцев вокруг нее или же что-то другое — это важно уже лишь в контексте правды и лжи, нашей ответственности перед самими собой.

Конечно, составной частью трагедии явился международный терроризм, но это не главное. Списывать все на внешние факторы — значит прятаться от проблемы. Пятнадцать лет политики унижения, укрощения, обмана, подавления народа в Чечне не могут не иметь трагических последствий.

Необходимость содержательной и ответственной экономической политики для всего северокавказского региона очевидна. Необходимы рабочие места — сегодня безработица там доходит до 80%, дороги, современная инфраструктура, образование, медицина. Необходимо, чтобы Северный Кавказ был на среднероссийском уровне. Это дорого — по нашим расчетам, 6-7% ВВП в течение 10-15 лет. Но в противном случае Россия расстанется с Кавказом, или события там развалят саму Россию.

Невозможно решение проблем на Северном Кавказе без последовательной и настойчивой демократизации жизни людей. Именно они должны реально все больше и больше определять, кто будет ими управлять. Продолжение насилия из федерального центра не имеет перспективы.

Необходимо немедленное прекращение бесчинства силовых структур — исчезновения людей, пыток, издевательств, убийств, карательных операций. Важнейшее дело — создавать для России друзей на Кавказе, а не новых врагов. Иначе парад “шахидов” не закончится никогда.

Нужны ли переговоры? Переговоры нужны всегда и везде — в первую очередь с противниками или даже врагами. И, конечно, с теми, кто играл активную роль на всех последних выборах, но был отодвинут Москвой в тень. Политические переговоры (это не переговорные контакты о заложниках!) не ведут с убийцами, похитителями людей и террористами. Разделять эти группы трудно, но абсолютно необходимо.

Повестка дня переговоров может быть любая, но проходить они могут только на основе российской Конституции и российских законов.

Скоро исполнится 10 лет с того дня, как Борис Ельцин развязал войну на Северном Кавказе, и пять лет, как Владимир Путин при поддержке так называемых “правых политиков” (“В Чечне возрождается российская армия”) и значительной части СМИ ее продолжил. Итог ясен — война разрушает Россию и сливается с международным терроризмом.

Череда терактов подтвердила наличие в стране системной проблемы. Технические меры — расследование Совета Федерации, назначение губернаторов, народные дружины, отставки силовиков или региональных правительств — не просто недостаточны, они втягивают нас в бессмысленную имитацию деятельности, амортизируют общественное мнение. Продолжать апеллировать к бутафории демократии с частными требованиями — значит укреплять недееспособную систему еще и своим собственным участием.

Это не значит, что не нужна смена кадров в спецслужбах или что не следует укреплять режимы контроля. Все это нужно, но в наших условиях это скольжение по поверхности, не решающее проблему безопасности. Чтобы пытаться противостоять терроризму, надо менять политическую и экономическую систему, которая сложилась в России в последние 10 лет в продолжение тоталитарной и авторитарной традиции. Эта система характеризуется отсутствием в стране независимых политически значимых СМИ, свободно избранного парламента, подчиняющихся только закону суда и прокуратуры, гражданского контроля за спецслужбами и правоохранительными органами, справедливых выборов. Она проявляет себя в полном слиянии бизнеса и власти, клановом управлении страной, коррупции.

Органическим свойством такой системы является подавление независимых политических партий и мнений, атомизация и примитивизация гражданских организаций.

Что может быть официальной публичной составляющей такой системы? Только ложь и умолчание. Мы видим это каждый день. Свободу слова, которая у нас была в начале 90-х, обменяли на деньги, собственность, власть.

Система эта сложилась не случайно. Ее осознанно, умышленно строили под лозунгами “У нас как в Китае”, “Нам еще рано”, “У нас такой народ”, “Пока нужно так, а потом сделаем по-человечески”, “Мы еще не дозрели”, “Демократия не для России”. Занималась этим, кстати, наша доблестная элита — известные журналисты, политологи, пиарщики, политики, олигархи и прочие под управлением вначале Бориса Ельцина, а затем — с особым успехом — Владимира Путина. Это называлось: “управляемая демократия”, “вертикаль власти”, “стабильность”, “сильная власть”, “популярный президент”, “единство страны”, “третий путь”, “Евроазия”, “многополярный мир”.

Эта система устраивает узкий круг людей, назвавших себя государством, успешно обслуживает их экономические интересы. Правоохранительные органы “заточены” обеспечивать безопасность этого круга, а защищать граждан страны, в том числе и от терроризма, они не приспособлены.

Поэтому важно не столько то, кто именно совершал те или иные поступки или принимал решения, а то, что вся система автоматически сработала на защиту власти, ее приоритетов и амбиций, а не людей, не детей. Так она работает всегда, будь то теракт или дефолт. Режим, действующий на основе принципа достижения политических побед любой ценой и объявления поражений победами во имя сохранения престижа власти, развивает радикальные настроения, вызывает скрытый рост преступности и экстремизма, который прорывается наружу в самых отвратительных формах.

Кому власть готовит площадку? Кто может прийти на ее место, кто разделается с ней, обвинив во всем, что происходит? Судя по предпосылкам, по набору инструментов, подготовленных для взятия власти в авторитарной системе, где всем в стране управляют из одной комнаты, это вполне может быть фашиствующая группа. Захват командных высот для них будет делом одного дня. Бюрократия даже не пискнет.

И западные политики промолчат. Как же: ОМУ — здесь, энергетические ресурсы — тоже самые большие в мире. Поэтому для Запада “лишь бы не было войны”.

Вывод понятен: сложившаяся сегодня в России политическая и социально-экономическая система не способна защитить страну от терроризма, создавать конкурентоспособную современную экономику, обеспечивать достойную жизнь. Косметические меры, отставки и назначения, комиссии и указы не помогут.

Но проблема не только в этом. В условиях жизни на развалинах советской системы, под руководством худшей части советской номенклатуры и ее выдвиженцев, при полном сломе всех нравственных и культурных координат массированное целенаправленное манипулирование и оболванивание людей дало результат. К сожалению, именно такая система адекватна стране, тому, что называется современным российским обществом, и, кроме того, отражает еще и некоторые весьма существенные мировые тенденции.

Жизнь после Беслана показывает чрезвычайно горькую вещь — не только гражданского, вообще общества в стране, похоже, нет. Люди хорошие есть, их много, а общества нет. Сейчас везде говорят только про Беслан. Уже как будто не было уничтожения самолетов, взрывов в Москве (даже благотворительный счет невозможно найти!), не вспоминают Ингушетию, Дубровку и все то, что за эти годы произошло в Чечне. Привыкание и страх перед властью диктует линию поведения абсолютного большинства — покорность и всеядность.

В такой ситуации систему менять некому. Политика — такой вид человеческой деятельности, который апеллирует к общественным устоям: морали, нравственности, идеям, культуре. Иногда временное забвение устоев компенсируется динамичным экономическим развитием, но в условиях, когда устои подвергаются испытаниям и не выдерживают их, политика в современном смысле утрачивает свое значение.

Что случилось с Россией? Она утонула. Во лжи и цинизме.

Но жить надо дальше и пытаться выплыть. Нельзя идти ко дну в этом море лжи и цинизма. Есть люди, их не мало, которые не могут иначе. Однажды глотнув правды и свободы, понадеявшись на возможность жить в России, соблюдая человеческое достоинство, они стали внутренними “невозвращенцами”.

Общие ориентиры движения ясны. Наша Конституция (при всех ее существенных недостатках) предполагает: реальное разделение властей на представительную, судебную и исполнительную; общественное телевидение и отмену государственной цензуры; гражданский контроль за деятельностью правительства, спецслужб, правоохранительных органов; неприкосновенность частной собственности, справедливую конкуренцию. Ответ на вопрос “что делать” по большому счету ясен. Главный вопрос — как?

Первый шаг: широкое общественное требование открытого доступа к политически значимым средствам массовой информации, прекращение неконституционной государственной цензуры.

Это позволит высказывать людям разные мнения о том, что происходит, объяснять природу терроризма в России, говорить о коррупции, теневой экономике, о всех запретных сегодня темах. Нужно требовать информационной открытости в стране, того, чтобы не смели подавлять любые независимые голоса, прекратили пропаганду виртуального благополучия. В то же время нужно быть готовыми к тому, что телевидение будет сознательно маргинализировать роль общественного мнения с помощью политических провокаторов, интриганов или болтунов-балбесов.

Необходимо вновь за многие годы добиться серьезного разговора, о котором могла бы знать страна. Конечно, условием такого разговора является возможность узнавать правду. Он не может быть построен на сообщениях о том, что в школе 354 заложника. Надо бороться за то, чтобы люди понимали и заставили власти признать, что корреспонденты СМИ не агенты спецслужб или боевиков, а взрослые и ответственные люди, настоящие патриоты, которые сами могут принимать решения. И перестать затыкать им рот, когда они хотят сказать людям, что в школе более 1200 заложников, что у школы стоит толпа вооруженных неконтролируемых людей и это рано или поздно кончится катастрофой.

Нужна нарастающая кампания против лжи и за свободу слова. Эта кампания сможет объединить тех, кто считает себя или действительно является оппозицией. Придумать лозунги такой кампании не сложно: “Долой государственную цензуру!”, “Долой коррупцию на телевидении!”, “Официальную ложь — под суд!”.

Продолжением сможет стать и дискуссия с участием первых лиц государства, и круглый стол с ними, и первые честные выборы. Но это потом. А пока нужно просто дать людям говорить и слушать. В ходе открытой, неманипулируемой, некастрируемой общенациональной дискуссии постепенно может быть выработана идея страны, основанная на свободе, ответственности, чувстве меры.

От редакции Ведомостей: Партия-2007

Монетизация льгот, неделя терактов и кремлевская инициатива по изменению выборного законодательства возбудили гражданскую активность простых граждан и оппозиционных политиков.

На этом фоне стало особенно четко видно, что демократические силы, потерпевшие сокрушительное поражение на парламентских выборах в декабре 2003 г., до сих пор не оправились от него.

Не прошедшие в Думу “Яблоко” и СПС не только не смогли объединиться, но и усилили раскол в стане демократов. Один из бывших лидеров СПС — Ирина Хакамада основала собственное политическое движение “Свободная Россия”. А некоторые популярные политики-демократы, например депутат Владимир Рыжков, остаются независимыми, не примыкая ни к каким партиям.

Предложение Кремля ликвидировать одномандатные округа и избирать Думу только по партийным спискам на предстоящих выборах 2007 г. означает, что в новом парламенте вообще может не оказаться представителей демократических сил. Сейчас их интересы в Думе представляют около десятка человек, которые были избраны по мажоритарной системе.

Кремль бросает серьезный вызов организаторским способностям любой оппозиции. Способны ли некремлевские политики достойно ответить на него? Способны ли, в частности, сторонники представительной демократии создать партию, которая сможет серьезно выступить на выборах-2007?

В современной России партийное строительство — сложная задача. По данным ВЦИОМ, более 50% россиян не одобряют деятельность никаких партий, а для 58% партийная принадлежность при выборе депутата или губернатора не имеет значения. Значительная часть общества достаточно равнодушна к политике.

Тем не менее построить партию можно. Можно и без бесплатного доступа к общенациональному телевидению, которого требуют СПС и “Яблоко”. Коммунисты давно работают практически без всякой телевизионной поддержки.

Зачем разрозненным демократам телеэфир? Чтобы ругаться друг с другом? “Необходим, пускай для начала, [публичный] монолог в адрес самой высшей власти”, — требует Явлинский. Чем скорее вместо идеи увещевания центра появится обращенная к людям программа объединенного демократического действия, тем выше будет шанс привлечь избирателей проголосовать за политическую альтернативу в 2007 г.

Статьи членов КПРФ и о КПРФ: Итоги чёртоводюжинного съезда КПРФ (01.12.2008)   |   XIII съезд КПРФ и "ленинградское дело" (29.11.2008)   |   Одеколон как оружие пролетариата. Ответ левому парфюмеру (28.11.2008)   |   Советы почти постороннего (26.11.2008)   |   Кто хочет свалить Зюганова? (24.11.2008)   |

Жизнь страны глазами СМИ: Как митрополит Кирилл публично выдрал Зюганова (29.11.2008)   |   Анатолий Баранов: Апокалипсис Гонтмахера (24.11.2008)   |   "Мы только первая волна протеста, а за нами идет цунами" (21.11.2008)   |   Миф о голодоморе – изобретение манипуляторов сознанием (20.11.2008)   |   Российским левым XXI века предстоит сделать тоже, что большевикам 1917 года (19.11.2008)   |