[an error occurred while processing the directive]
Данная страница содержит материалы дискуссионного характера.
Они могут не отражать официальную точку зрения Коммунистической Партии Российской Федерации и приводятся для ознакомления.
По всем вопросам просьба обращаться к авторам.
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]
На "Дожитии"
30.09.2004
И. Божко
1 октября - День пожилых людей
- Вот от моего сыночка Володи письмо, - Нина Константиновна открыла передо мной распечатанный конверт. Наверное, более тоскливого сочетания я еще не видел: вверху, в графе адресата, было написано "Омская обл… Дом престарелых и инвалидов…", внизу, в графе отправителя - "Удмуртия… учреждение Я4 - 91/…". - В октябре пять лет будет, как он там. Трудно ему сейчас сидеть, работы нет, ему даже не на чем матери написать. Когда я ему письмо пошлю, и конверт в него положу, тогда он и дает ответ. Написал в том месяце, как бы костюм рабочий ему прислать, а где я денег на него возьму? Смогла купить только тренировочные брюки дешевые (все телу его теплее будет), старушку одну хозяйскую попросила, размер сообщила, она и сходила в магазин. Сказала, что купила синего цвета. Люди тоже и отослали. Очень тяжело без глаз жить, если б хоть один видел… Она вздохнула, я тоже, увидев, как положила она письмо от своего сына в янтарную лужицу, оставшуюся на клеенке после бывшего в обед свекольника…
СТАРШЕГО своего запомнила она в том, в чем на суд он пошел, - в рубахе коричневой и брюках черных. Телогрейку надел и шапку такую, как в тюрьме дают, знал, что не простят ему сделанного. Девчонка-свистушка читала долго какую-то бумагу и там все повторялось слово "разбой". Потом выступили глава сельской администрации, какая-то женщина с соседней улицы, пожилой мужчина, живущий в доме напротив магазина. И со всех их слов выходило, что ее Володя с кем-то не поладил. В конце третьего часа судья с заседательницами ушла в комнатку, а когда вышла оттуда, сказала, что Володя ее виновный, и за это ему дают восемь лет тюрьмы. Она не сразу и поняла, сколько, а когда до нее дошло, то зарыдала в сдернутый с головы платок… Дни потянулись медленно-медленно в опустевшем доме, и почтальонша Клава все не останавливалась возле прибитого у ее калитки почтового ящика. Лишь через несколько месяцев окликнула ее с дороги и помахала над своей сумкой белым конвертом. Она тут же, под любопытным взглядом Клавы, распечатала его и, увидев первые строчки: "Здравствуй, мать", - радостно вздохнула: - Слава тебе, Господи… Написал сынок из какой-то Удмуртии, что все у него нормально, не болеет, только бы вот денежек она хоть немножко ему прислала на ларек. Нина Константиновна, прослезившись, тут же достала из-за иконки завязанный узелком носовой платок со своей пенсией и, отсчитав мокрым пальцем почти половину свернувшихся в трубочку купюр, понесла их на почту, где старательно списала на поданный ей бланк какие-то странные обозначения - "учр. Я4 -91" - с Володиного конверта, и раза три еще сверила. ПОТОМ еще посылала, правда, много она не могла сыну помочь - жить на ее пенсию одной в деревне просто беда, что ни возьми - огород ли, дрова - на все деньги нужны, сама уже не может, ноги болят, а людей нанимать - им платить надо. С каждым месяцем она видела все хуже и хуже, соседка дала ей адрес областной больницы, да пока она туда собралась… Приехала, а там врачи, перекинувшись меж собой непонятными словами, развели руками: "Ничего, к сожалению, сделать для вас не можем. Надо было раньше прийти хотя бы на годок с вашей глаукомой. А теперь поздно уже делать операцию, мы не возьмемся". С тем и вернулась в родную деревню, положившись теперь на волю одного Бога… А он не остановил ее надвигающуюся слепоту. Она перестала ходить в лес за вениками для коз - боялась зайти и уже не выйти. И траву перестала она различать, какой там нарвет на ощупь, а козы ведь любят, чтоб с цветочком была. Так и пришлось позвать дядьку Федора, умевшего забить скотину с первого взмаха. Жалко было, а что сделаешь? Не с голоду же им дать умереть. Одно хорошо вышло - послала она Володе вырученных за мясо и шкуру денег. Только тот чего-то со "спасибом" задержался… СЕРДОБОЛЬНАЯ соседка не напрямки, а так, в обход, спросила, а где ж у нее младший, Колька, что года три его не видели в деревне, вот сообщить надо бы ему, что с матерью беда теперь. Она ответила - да сам худо живет у своей городской, и люди сказывали, что, потеряв хорошую работу, перебивается случайными заработками, пьет сильно, куда ж она ему еще на шею? Все та же соседка вызвала к ней врача. Тот, послушав ее да осмотрев больные ноги, сказал: - Подлечиться вам надо в больнице, к завтрашнему дню соберитесь, я машину пришлю. Нехотя, но согласилась Нина Константиновна - может, и правда от уколов и таблеток ей полегче станет? Погладила напоследок кота Ваську, кобелек Мишка сам не отходил от ног. Оставила их на попечение соседки и кое-как пробралась на сидение пропахшей лекарствами машины… ЗА ДВА месяца в больнице ей лучше не стало, врач говорил, что в таком возрасте на скорое выздоровление надеяться не приходится, как будто она и в самом деле на это надеялась… А через день присевшая к ней на кровать женщина из государственного обеспечения сказала приятным голосом: мы вас будем определять в Дом престарелых как одинокую и беспомощную, потому что вы уже не можете жить отдельно и самостоятельно себя обслуживать. А помогать вам некому - один сын в тюрьме сидит и выйдет только через пять лет, а второй не поддерживает с вами отношений, соседи нам так сказали (и это была горькая правда!). Завтра вас выпишут, отвезут домой денька на два, чтобы вы необходимые вещи взяли. А потом заберут в Дом престарелых… Она кивала ей застучавшей в висках головой и сжимала до боли нащупанный уголок подушки у себя за спиной. И только услышав, как эта молодая женщина вышла, упала невидящими глазами ничком на свалявшееся одеяло. Да так беззвучно и пролежала до самого кефира… КАК только вернулась домой, к ней сразу прибежал Мишка. Узнавшая от людей о ее приезде соседка позвала с порога: - Нин, вернулась, что ли? Ты чего ж света не зажигаешь? - И осеклась, зажав рот ладошкой. - А мне все одно, - подала голос из угла Нина Константиновна, - темнота в глазах и днем и ночью, не чувствую я теперь света… С утра пришли собирать ее в Дом престарелых соседки. Она, посаженная на стул посреди комнаты (чтобы не мешалась) говорила им: вот во втором ящике комода кофта шерстяная синяя, ее надо бы взять. Платок шерстяной достаньте из шифоньера, носки да чулки теплые, они на ближней полке лежат… Удивились быстро ее помощницы - не приданое ведь ей собирали, а смертное (это положили в отдельный пакет и резинкой перевязали, чтобы сразу нащупать могла), да и так чего из вещей, верхней одежды не положили, рассудили - у Константиновны теперь один сезон до конца жизни - теплый, комнатный. …Пока шла до машины, все слышала, как страшно выл Мишка, как будто прощался с ней. Она оглянулась на звук, Володя писал: "Мама, сбереги Мишку", очень уж он эту собачонку любил… А как ее сбережешь, если и саму ее из дома увозят, и, наверное, навсегда… ДНИ в Доме престарелых медленно для нее идут, ничем не может заняться она без глаз. Если б хоть один видел, починила бы что из одежды, заплатку бы где поставила, а так ничего не может, наткнется на дырку пальцем, да лишь вздохнет. Денег-то ей немного на руки дают, двадцать пять процентов от пенсии, сколько раз не пересчитывают люди ее деньги, а все одна цифра выходит - триста рублей. А Володе и бандероль отправить надо - сигарет немножко да пачку чая, чего там на килограмм весу наберешь? Если б целиком свою пенсию получала, может, и посылочку бы собрала, а так… не каждый месяц себе и сахарку купит, собирает по рублику не на черный день, а на светлый Володин - как на волю придет, радость-то будет какая! На первую пору денег у него не будет, где он их найдет? Письма Володя хорошо матери шлет, вроде разумно все пишет. Брата Колю сыскать не может, написал на несколько адресов - может, кто его видел? Вроде жена его окончательно выгнала, а где он, живой, неживой? А Нина Константиновна правду страшную от сына скрывает: соседка отписала, что Мишку машиной задавило в соседней деревне. Иногда задумается она так, что и голова разболится: за что ей, Господи, все это? Мужа похоронила, невестку. В доме, в который привел ее шестьдесят лет назад молодой женой демобилизованный солдат Степан, никого уже не осталось - ни коз, ни собаки, ни хозяйки - никого. И Володя из тюрьмы придет, как все сложится у него? Если и придет за ней, не пойдет она обратно домой - нагрузкой для него зачем быть? На земле она уже ничего не сможет сделать со своими глазами. Нет, она уже до смерти будет тут, деваться ей теперь некуда… И промокнет тогда неглаженным платком успевшую скатиться до подбородка слезу. И незрячие глаза ее могут плакать…
Кудрин с Грефом старикам нашим "годы дожития" определяют, высчитывают, сколько им еще прожить можно, дескать, так легче им пенсии стариковские "устанавливать" да прожиточный минимум определять - с лишком обмишуриться боятся. Кто-то из стариков на День пожилых людей открытку какую-нито официальную с поздравлением получит, кому-то больше повезет - пакетом продуктовым одарят: карамелью для молодых зубов да "собачьей радостью", чтобы запах мясной не забыть. Придет пора - на выборы позовут, а так - в тягость они для нынешней власти, вот и льготы, кровью и потом заработанные, отобрали: дескать, доживайте уж тихо и не шебуршитесь, мол, для бюджета вы - обуза тяжкая. Вот они и доживают, уходя из жизни, зачастую, задолго до отмеренного им "реформаторами" срока. Добрым словом вспоминают Советскую власть, и проклинают нынешнюю. Униженные, оскорбленные и… давшие (не все, но многие) себя обмануть. Но какое право мы, "нынешние", имеем их осуждать - суетные и уткнувшиеся в паскудный телеящик, изболтанные "гласностью", побежавшие в раскоряку за "новым мышлением", проглядевшие, ослепленные "прожектором перестройки", и нынешнюю властную сволочь? Да, не все мы были такими, но кого это утешает? Так сколько отмерим еще на "дожитие" режиму сегодняшнему?
[an error occurred while processing the directive]
[an error occurred while processing the directive]
Сегодня на КПРФ.ру
