Обнуления в России ещё не было, революция будет обнулением



    Главная страница
    О нашей организации
    Информационный центр
     Партийные новости
     Online-конференции
     Региональные организации
     Новости страны
     Видео-новости
     Пресс-релизы, официальные документы
     Интервью, выступления
     Статьи
     Аналитика
     Акции
     Выборы
    Акции протеста
    Агитатору (скачай и распечатай)
    Персоналии МОК
    Наша история
    Наши ссылки
    Политпросвещение
    Новые левые
    Народные новости




Рассылка материалов МОК



 
Правда.Инфо
 

 




















Разработка NZVD


403 Forbidden

Forbidden

You don't have permission to access this resource.



Интервью, выступления


Чёрный хочет поцеловать Робски


21.05.2008
Андрей Гвоздин, "Народное радио"

В московском клубе «Билингва» состоялась презентация книги писателя и журналиста Дмитрия Чёрного «Поэма столицы». Почти 800 полноформатных страниц убористого текста, принадлежащих перу человека, которого можно встретить на митингах с флагом, с гитарой на рок-концерте и в галстуке на «круглых столах». На презентацию явились практически все яркие представители оппозиционного андеграунда. Выступления писателей перемежались с песнями Виса Виталиса, зачинателя проекта «SixtyNine» и группы «Анклав».

О книге «Поэма столицы» и беседуем с её автором - Дмитрием Чёрным.

Андрей Гвоздин: Когда появилась идея создания книги и как долго шла работа над ней?

Дмитрий Черный: Замысел созрел очень давно. Первый раз я подумал о книге лет в семнадцать. Я тогда не поступил в институт. Размышляя о действительности 90-х годов, сейчас трудно представить, что я хотел стать географом. Тогда, не поступив в МГУ, я стал работать курьером и, соответственно, много ходил по Москве. Она передо мной представала в своём обличье - уже не советском, но еще и не российском. Я понимал, что мое будущее нарисуется на этих крышах, на этих домах. Фактически работа над книгой шла шестнадцать лет, всю мою сознательную жизнь.

Андрей Гвоздин: В книге переплетаются множество различных сюжетов, в том числе видна и определенная субкультура патриотической оппозиции.

Дмитрий Черный: Случайными короткими определениями трудно охарактеризовать сюжет. Ее лучше раскрывать без пределов. Мы берем, к примеру, эпизод знакомства двух людей и описываем его без каких-либо купюр, как он был в реальной протяженности времени. Это попытка реально зафиксировать время. Временное отражение в судьбах героев.

Хотя в начале никакого мотива не было. Существовали персонажи Тон, то есть он - мужчина и Тан, то есть она - женщина. У них есть противоречие на поле политики: Тан - либералка, а Тон скорее коммунистичен, он советский патриот в прямом смысле этого слова. Сталинист, как потом выясняется. Герои, находясь в этом мире символов, потихонечку проходят собственную судьбу. Это роман и о любви, где герои не находят себя друг в друге и расстаются. Она убегает в православие, он убегает в радикальную политику. Но тем не менее, потом они встретятся, и он подарит ей роман.

Андрей Гвоздин: Можно ли сказать, что действие романа разворачивается в восприятии именно энергетики Москвы?

Дмитрий Черный: Конечно, главная тема этого романа, безусловно, - Москва. Это может быть амбициозно звучит. Ведь со времен Булгакова не было ничего подобного. Я, если можно так сказать, замахнулся на лавры самого Гиляровского. Кстати, я как раз читал Гиляровского в том месте, где проходят немосковские эпизоды романа - Ладееве. Там проходит граница России и Белоруссии, абсолютно славянское место. И героиня - прибалтийской закваски - именно там предстает во всей своей природности, если так можно выразиться. В этом особая символическая красота. Она купается в белорусских озёрах и как будто хочет сказать герою: вот я, чистая, как есть, не касаюсь политики.

Но герой ищет чего-то в Москве, его утягивает столица. Он как бы извиняется перед столицей за то, что покинул ее на время. Возникают новые символы. И все это увязывается в узком, тесном, нежном узле взаимоотношений героя и героини.

Это герои 90-х годов, разбросанные дети раздерганного времени. Они одного происхождения: их родители одного круга, работают в НИИ, но молодые люди вдруг оказываются по разные стороны баррикад. Совершенно случайно. Но именно столица их сближает. Они - москвичи, которые гуляют по этим столичным крышам и улицам.

Вся книга, особенно ее вторая часть, посвящены поиску личного в коллективном. В моих героях есть понимание идентичности своей эпохи, месту, где ты живешь, кристальности, честности, искренности. Этой честности не было в 90-е, она появилась в 2000-е. Но через очень большие испытания. В романе описана эта эпоха в лицах - от Зюганова до Егора Летова. Это индивидуальная история коллективистского морализма.

Андрей Гвоздин: Если проследить характеры героев и те ситуации, в которых они оказываются, их эволюционирование, то как можно было бы описать сюжет книги в десяти отдельных разрозненных существительных?

Дмитрий Черный: Ключевая вещь для этого романа - глагольность. Она связана как раз с направлением радикального реализма, в котором написана эта книга. Дом, крыша, окно, дверь... Всё, что связано с городом как с некоторой структурой незыблемости, которая людьми - главными героями - приводится в действие.

Кстати, самый красивый кинематографический момент романа, который мы на презентации представили в виде песни, - это любовное свидание на крыше, в историческое месте Москвы, откуда видны купола Храма Христа Спасителя и незыблемый, смотрящий в другую сторону памятник Энгельсу. Всё это живёт именно благодаря отношениям этих персонажей. Есть гроза, тучи, - это всё единое пространство, это всё Москва. Ведь Москва - это не клубы, не замкнутые пространства, это не гламур. Жизнь происходит на крышах, в подвалах. Многие не замечали, что в 90-е жизнь действительно проходила на крышах: такое символическое освобождение той эпохи. Ещё раз повторюсь, что Москва - главный герой романа. Если снять все политические смыслы, то можно увидеть энциклопедию жизни 1990-х и 2000-х годов.

Андрей Гвоздин: Мне кажется, что книга посвящена политике, но во многом опирается на личные взаимоотношения. Девяностые серьёзно отличаются от так называемых «нулевых». Если в девяностых культура оппозиции строилась исключительно на ностальгировании по недавно ушедшему советскому строю, то 2000-е - это попытка пересмотра каких-то теорий. Молодые оппозиционеры в 2000-х воспринимали политику не так как в 90-х. Например, стали обращать внимание на характерологическую структуру личности в книгах западных авторов. Отражено ли это в романе?

Дмитрий Черный: Безусловно. Грань 1990-х и 2000-х выражена в переходе от индивидуального к коллективному. В 90-е годы люди читали тексты, которые были удаленными от людей, воспитанных в советское время. Советские люди знали марксизм, но не читали Гегеля, потому что он не был доступен широко. 90-е годы в людском отражении стали революционными из-за свободы доступа множества информации и из-за свободы политического позиционирования. В 90-е формировалась вся политическая система, которая есть и сейчас. Молодые персонажи этой системы в романе есть. К примеру, история Союза Коммунистической Молодежи нигде так не изложена подробно, как в моем романе, в силу того, что я вступил в него через год после его создания.

Роман - это история людских взаимоотношения, реальность проходит не вдали от обычного человека. В 2000-х годах люди становятся все выше и выше политически, а общество до них не дорастает. Это то, о чём говорил Сергей Шаргунов у меня на презентации: есть некий тупик, когда отношения развиваются не в сторону политики, а в сторону человеческого. Они утягивают людей, которые стоят на трибуне, назад, в эту людскую кашу, но кашу животворящую позитивную. В этом человеческая суть романа. Поэтому книга и называется «Поэма столицы» - это поэма жителей столицы, москвичей.

Андрей Гвоздин: Имеет ли книга векторность: ведь любой художник проживает то, о чём пишет. Приведен ли в книге какой-то выход? Не постигнет ли сегодняшних молодых оппозиционеров судьба таких же ребят из Франции 68-го года, ныне состарившихся в неизменности буржуазного порядка? Ждут ли нас какие-то изменения?

Дмитрий Черный: Вторая часть романа посвящена планомерному, педантичному изменению общественного сознания в малочисленных слоях оппозиции. Я описываю людей, которые сумели понять, что Советский Союз был сильнее сейчас ожидаемой некоторыми постсоветской странной империи, - «Пятой империи», как ее называют. Мы понимаем, что нам здесь жить и здесь воспроизводиться. У героев эротические эпизоды не имеют исхода, то есть эротика не продолжается семейственностью. Но лидеры молодёжных организаций как раз стремятся в будущее, и в этом и есть выход, в этом некоторая открытость. Мои персонажи реальны, я знаю, как формировались их семьи. Например, у оппозиционера Сергея Удальцова - двое детей, то есть он как бы выполнил нацпроект.

Роман - метафорическое дитя, но оно живое. Это живой человечек, который пытается издавать свои звуки, вставать перед вами в позы. Это Москва, которая пытается разговаривать с вами и с вашими судьбами. В романе очень много реальных имен. Даже депутатов Госдумы, которые на меня радикально прореагировали, узнав про то, что их упомянули. Их угрозы меня не пугают - они стали героями, пусть скажут мне спасибо.

Андрей Гвоздин: На презентации в клубе «Билингва» выступали рок-группы, другие читали рэп. Люди, которые раньше не поддерживали гламур, теперь получают удовольствие от презентаций в хороших клубах. Что несёт в себе это смешение? Потенциал конструктивного развития оппозиции или вырождения?

Дмитрий Черный: Как ни парадоксально это прозвучит, - это как раз попытка развратить гламур. Ведь он инфантилен. Я бы поцеловал в щечку Оксану Робски, которая пытается писать про жизнь, крайне далекую от реальности. Вот центр Москвы. Стоит грузовик с ОМОНом, милиционеры взирают на граждан из-за решетки, в 20 метрах от них, на своем излюбленном месте, у Министерства Обороны, лежат бомжи. Оксана, приди сюда! Посмотри на реальную жизнь! Однако, она не придет, она боится. Гламур фактически не существует, он живет только в замкнутых камерных пространствах. А моя реальность и моя столица существуют. В этом смысле презентация книги в достаточно либеральном клубе «Билингва» была вызовом гламуру. В клубе, где выступают либеральные барды, на моей презентации группа «Анклав» исполнила песню «Я же русский». То есть и в таком клубе появилась живая реальность.

Можно опубликовать любой текст, но кто его будет читать? Читать про гламурных персонажей - скучно. Их можно представить и без книг: пустые разговоры, непонятные интересы. А вот попробуйте вычислить взаимоотношения обычных москвичей!

В книге нет никакого пессимизма. Кстати, главный вызов состоит в том, что это толстая и большая книжка. Сейчас торжествует клиповое сознание, по выражению покойного Кайдановского. Людям трудно удержать внимание. Но в то же время настаёт время «Войны и мира» нашей эпохи, в нашем сознании. Борьба против серости, против молчания. Я хотел показать жизнь, увиденную чистыми глазами.



 
Жизнь страны глазами СМИ:
А на дворе всё тот же глупый Август... (14.08.2020)   |   Высоцкий, голова Берлиоза и прозрение Минкина (30.07.2020)   |   Как капитальный ремонт в моём подъезде либералы делали. Фото (24.07.2020)   |   Обнуления в России ещё не было, революция будет обнулением (08.07.2020)   |   Ну, с монархической конституцией вас! Четвёртого - в Сокольники, соколики (02.07.2020)   |  


 



Голосование

Партийные новости

 
14.08.2020
 
А на дворе всё тот же глупый Август...
 
05.08.2020
 
Когда уйдет Путин? Когда уйдет Зюганов?
 
30.07.2020
 
Высоцкий, голова Берлиоза и прозрение Минкина
 
12.07.2020
 
Заявление Объединенной Коммунистической Партии об итогах "общероссийского голосования"
 
10.07.2020
 
Активист ОКП задержан полицией Путина без оснований, за солидарность с рабочими Казахстана (фото)
 
08.07.2020
 
Митинг "Нет вечному Путину!" (анонс)
 
02.07.2020
 
Ну, с монархической конституцией вас! Четвёртого - в Сокольники, соколики
 
28.06.2020
 
Белоруссия перед лицом турбо-капитализма
 
27.06.2020
 
Акция "Мы не голосовали за обнуление Путина!" (анонс)
 
16.06.2020
 
Береглись от одного коронавируса, а реальный Коронавирус уже подправил конституцию
 
15.06.2020
 
Овсеп Манасарьян о Че Геваре: Вот это сила революции в умах была!
 
09.06.2020
 
Г.Баттерфилд: Правящий класс США натравил расистскую полицию и банды белых расистов на чернокожих
 
06.06.2020
 
Заявление Объединенной Коммунистической Партии по поводу восстания в США
 
31.05.2020
 
Коммунисты Пензы упаковали памятник белочехам в чёрный трупно-мусорный мешок
 
29.05.2020
 
Заявление Президиума Центрального Комитета Объединённой коммунистической партии
 
27.05.2020
 
Дискуссия "Красная волна или саундтрек для вырождения?" (анонс)
 
23.05.2020
 
Мегафоны двадцати турецких мечетей двадцатого мая пропели коммунистическую песню "Белла, чао!"
 
13.05.2020
 
Неофашисты и полицаи не дадут покоя бас-гитаристу "Груп Йорум" и в стамбульской могиле?
 
09.05.2020
 
"Сражались олени и люди..."
 
05.05.2020
 
Московские полицаи отлавливают и сажают в "обезьянник" посмевших отмечать Первомай коммунистов